Неточные совпадения
То был приятный, благородный,
Короткий вызов, иль картель:
Учтиво, с ясностью холодной
Звал друга Ленский на дуэль.
Онегин с первого движенья,
К послу такого порученья
Оборотясь, без
лишних слов
Сказал, что он всегда готов.
Зарецкий встал без объяснений;
Остаться доле
не хотел,
Имея дома много дел,
И тотчас вышел; но Евгений
Наедине с своей душой
Был недоволен сам собой.
— Да чтобы
не запрашивать с вас
лишнего, по сту рублей за штуку! —
сказал Собакевич.
— Но позвольте, позвольте же мне, отчасти, все рассказать… как было дело и… в свою очередь… хотя это и
лишнее, согласен с вами, рассказывать, — но год назад эта девица умерла от тифа, я же остался жильцом, как был, и хозяйка, как переехала на теперешнюю квартиру,
сказала мне… и
сказала дружески… что она совершенно во мне уверена и все… но что
не захочу ли я дать ей это заемное письмо, в сто пятнадцать рублей, всего что она считала за мной долгу.
— Э-эх! человек недоверчивый! — засмеялся Свидригайлов. — Ведь я
сказал, что эти деньги у меня
лишние. Ну, а просто, по человечеству,
не допускаете, что ль? Ведь
не «вошь» же была она (он ткнул пальцем в тот угол, где была усопшая), как какая-нибудь старушонка процентщица. Ну, согласитесь, ну «Лужину ли, в самом деле, жить и делать мерзости, или ей умирать?». И
не помоги я, так ведь «Полечка, например, туда же, по той же дороге пойдет…».
Баснь эту
лишним я почёл бы толковать;
Но ка́к здесь к слову
не сказать,
Что лучше верного держаться,
Чем за обманчивой надеждою гоняться?
Найдётся тысячу несчастных от неё
На одного, кто
не был ей обманут,
А мне, что́ говорить ни станут,
Я буду всё твердить своё:
Что́ впереди — бог весть; а что моё — моё!
«Скучаешь, видно, дяденька?»
— Нет, тут статья особая,
Не скука тут — война!
И сам, и люди вечером
Уйдут, а к Федосеичу
В каморку враг: поборемся!
Борюсь я десять лет.
Как выпьешь рюмку
лишнюю,
Махорки как накуришься,
Как эта печь накалится
Да свечка нагорит —
Так тут устой… —
Я вспомнила
Про богатырство дедово:
«Ты, дядюшка, —
сказала я, —
Должно быть, богатырь».
— Мне иногда тяжело, что я как
лишняя здесь, —
сказала Анна, выходя из детской и занося свой шлейф, чтобы миновать стоявшие у двери игрушки. —
Не то было с первым.
Она нагнула голову. Она
не только
не сказала того, что она говорила вчера любовнику, что он ее муж, а муж
лишний; она и
не подумала этого. Она чувствовала всю справедливость его слов и только
сказала тихо...
— Ну, так я тебе
скажу: то, что ты получаешь за свой труд в хозяйстве
лишних, положим, пять тысяч, а наш хозяин мужик, как бы он ни трудился,
не получит больше пятидесяти рублей, точно так же бесчестно, как то, что я получаю больше столоначальника и что Мальтус получает больше дорожного мастера. Напротив, я вижу какое-то враждебное, ни на чем
не основанное отношение общества к этим людям, и мне кажется, что тут зависть…
Но прежде чем я приступлю к описанию самого состязания, считаю
не лишним сказать несколько слов о каждом из действующих лиц моего рассказа. Жизнь некоторых из них была уже мне известна, когда я встретился с ними в Притынном кабачке; о других я собрал сведения впоследствии.
— Темная история, — тихо
сказал он. — Если убили, значит, кому-то мешала. Дурак здесь —
лишний. А буржуазия —
не дурак. Но механическую роль, конечно, мог сыграть и дурак, для этого он и существует.
Самгин постоял в саду часа полтора и убедился, что средний городской обыватель чего-то побаивается, но обезьянье любопытство заглушает его страх. О политическом значении события эти люди почти
не говорят, может быть, потому, что
не доверяют друг другу, опасаются
сказать лишнее.
«Конечно, я
не сказал ничего
лишнего. Да и что мог я
сказать. Характеристика Инокова? Но они сами видели, как он груб и заносчив».
— Да ведь
сказать — трудно! Однако — как
не скажешь? Народу у нас оказывается
лишнего много, а землишки — мало. На сытую жизнь
не хватает земли-то. В Сибирь крестьяне самовольно
не идут, а силком переселять у начальства… смелости нет, что ли? Вы простите! Говорю, как думаю.
— Вы
не находите, что в жизни кое-что
лишнее? — неожиданно спросила Спивак, но когда Клим охотно согласился с нею, она, прищурясь, глядя в угол,
сказала...
— Должно быть, схулиганил кто-нибудь, — виновато
сказал Митрофанов. — А может, захворал. Нет, — тихонько ответил он на осторожный вопрос Самгина, — прежним делом
не занимаюсь. Знаете, — пред лицом свободы как-то уж недостойно мелких жуликов ловить. Праздник, и все
лишнее забыть хочется, как в прощеное воскресенье. Притом я попал в подозрение благонадежности, меня, конечно, признали недопустимым…
— Нам известно о вас многое, вероятно — все! — перебил жандарм, а Самгин, снова чувствуя, что
сказал лишнее, мысленно одобрил жандарма за то, что он помешал ему. Теперь он видел, что лицо офицера так необыкновенно подвижно, как будто основой для мускулов его служили
не кости, а хрящи: оно, потемнев еще более, все сдвинулось к носу, заострилось и было бы смешным, если б глаза
не смотрели тяжело и строго. Он продолжал, возвысив голос...
«Я
не знал, что вы будете, —
сказал он, — теперь, может быть, по станциям уже распустили
лишних лошадей.
Она опять перебила его, как бы боясь, что он
скажет лишнее или что она
не скажет всего.
— Ну, всё-таки я вам
скажу, по мере сил приносить пользу, всё-таки, что могу, смягчаю. Кто другой на моем месте совсем бы
не так повел. Ведь это легко
сказать: 2000 с
лишним человек, да каких. Надо знать, как обойтись. Тоже люди, жалеешь их. А распустить тоже нельзя.
— Это
не беда: Николай Андреич прекрасный, добрый — и шалун такой же резвый, как ты, а ты у меня скромница,
лишнего ни себе, ни ему
не позволишь. Куда бы вы ни забежали вдвоем, что бы ни затеяли, я знаю, что он тебе
не скажет непутного, а ты и слушать
не станешь…
— Все это
лишнее, ненужное, cousin! —
сказала она, — ничего этого нет. Предок
не любуется на меня, и ореола нет, а я любуюсь на вас и долго
не поеду в драму: я вижу сцену здесь,
не трогаясь с места… И знаете, кого вы напоминаете мне? Чацкого…
Полины Карповны
не было. Она сказалась больною, прислала Марфеньке цветы и деревья с зеленью. Райский заходил к ней утром сам, чтобы как-нибудь объяснить вчерашнюю свою сцену с ней и узнать,
не заметила ли она чего-нибудь. Но она встретила его с худо скрываемым, под видом обидчивости, восторгом, хотя он прямо
сказал ей, что обедал накануне
не дома, в гостях — там много пили — и он выпил
лишнюю рюмку — и вот «до чего дошел»!
— Что ж, он хотел обмануть вашу мать, или они оба были в заговоре против вас? — Верочка горячо стала говорить, что ее мать уж
не такая же дурная женщина, чтобы быть в заговоре. — Я сейчас это увижу, —
сказала Жюли. — Вы оставайтесь здесь, — вы там
лишняя. — Жюли вернулась в залу.
И если бы уличить Лопухова, как практического мыслителя, в тогдашней его неосновательности «
не отказываюсь», он восторжествовал бы, как теоретик, и
сказал бы: «вот вам новый пример, как эгоизм управляет нашими мыслями! — ведь я должен бы был видеть, но
не видел, потому что хотелось видеть
не то — и нашими поступками, потому что зачем же заставил девушку сидеть в подвале
лишнюю неделю, когда следовало предвидеть и все устроить тогда же!»
Кирсанов
сказал, что он очень внимательно исследовал больную и совершенно согласен с Карлом Федорычем, что болезнь неизлечима; а агония в этой болезни — мучительна; да и вообще, каждый
лишний час, проживаемый больною,
лишний час страдания; поэтому он считает обязанностью консилиума составить определение, что, по человеколюбию, следует прекратить страдания больной приемом морфия, от которого она уж
не проснулась бы.
Маленький Привалов сильно побаивался Марьи Степановны, которая держала себя всегда строго, а за обедом являлась совсем неприступной: никто
не смел слова
сказать лишнего, и только когда бывал дома Василий Назарыч, эта слишком натянутая обеденная обстановка заметно смягчалась.
— Я
не говорю: сейчас, завтра… — продолжал он тем же шепотом. — Но я всегда
скажу тебе только то, что Привалов любил тебя раньше и любит теперь… Может быть, из-за тебя он и наделал много
лишних глупостей! В другой раз нельзя полюбить, но ты можешь привыкнуть и уважать второго мужа… Деточка, ничего
не отвечай мне сейчас, а только
скажи, что подумаешь, о чем я тебе говорил сейчас. Если хочешь, я буду тебя просить на коленях…
Прежде чем покончить с Северным Сахалином, считаю
не лишним сказать немного о тех людях, которые жили здесь в разное время и теперь живут независимо от ссыльной колонии.
— Господа, —
сказал Ипполит, вдруг отрываясь от чтения и даже почти застыдившись, — я
не перечитывал, но, кажется, я действительно много
лишнего написал. Этот сон…
— Видите, — запутывался и всё более и более нахмуривался князь, расхаживая взад и вперед по комнате и стараясь
не взглядывать на Лебедева, — мне дали знать… мне
сказали про господина Фердыщенка, что будто бы он, кроме всего, такой человек, при котором надо воздерживаться и
не говорить ничего…
лишнего, — понимаете? Я к тому, что, может быть, и действительно он был способнее, чем другой… чтобы
не ошибиться, — вот в чем главное, понимаете?
Тем
не менее мы все-таки наговорили много
лишнего; хотели же, собственно,
сказать несколько пояснительных слов о знакомом нам семействе Епанчиных.
— Полюбился ты мне с первого раза, Харитон Артемьич, — проговорил он ласково. — Душа нараспашку…
Лишнее скажешь: слышим —
не слышим. Вы
не беспокойтесь, Анфуса Гавриловна. Дело житейское.
— Дело божье, Харитон Артемьич, — политично ответил гость, собирая свои корочки в сторону. — А девицам
не пристало слушать наши с тобой речи. Пожалуй, и
лишнее скажем.
— Дела, матушка, дела подошли такие, что никак было невозможно по скорости опять к вам приехать, —
сказал Петр Степаныч. — Ездил в Москву, ездил в Питер, у Макарья без малого две недели жил… А
не остановился я у вас для того, чтобы на вас же
лишней беды
не накликать. Ну как наедет тот генерал из Питера да найдет меня у вас?.. Пойдут спросы да расспросы, кто, да откуда, да зачем в женской обители проживаешь… И вам бы из-за меня неприятность вышла… Потому и пристал в сиротском дому.
— А за то, что человек он в самом деле скрытный.
Лишнего слова
не молвит, все подумавши,
не то что наш брат, —
сказал Дмитрий Петрович.
Лишнего бы
не хлопотала,
скажите ей от меня…
Весной во время бесхлебья любого работника колоти сколько влезет, даже выпори своим судом — словечка
не молвит, а в осеннее хлебное время последнему наймиту
лишнего слова
сказать нельзя.
— Знаешь ты с редькой десять! — вскинулся на него Корней. — Врать, что ли, я тебе стану? Нанимал, что ли, ты меня врать-то?.. За вранье-то ведь никакой дурак денег
не даст… Коли есть
лишние, подавай —
скажу, пожалуй, что пуд по пяти рублев продавали…
— Ты, любезный, ступай покамест в подклеть, —
сказал посланному Патап Максимыч. — С дороги-то и выпить и закусить
не лишнее. Ступай — там напоят и накормят тебя.
— Да я, признаться,
не к ним нынешний раз думал взъехать, —
сказал Самоквасов. — Генерала они ждут, что едет скиты поверять. Ежель застанет он меня в которой обители, и сам в беду попадешь, и на матерей наведешь
лишнюю обиду…
— Каждая по-своему распорядилась, — отвечал Патап Максимыч. — Сестрица моя любезная три дома в городу-то построила, ни одного
не трогает, ни ломать, ни продавать
не хочет. Ловкая старица. Много такого знает, чего никто
не знает. Из Питера да из Москвы в месяц раза по два к ней письма приходят. Есть у нее что-нибудь на уме, коли
не продает строенья. А покупатели есть, выгодные цены дают, а она и слышать
не хочет. Что-нибудь смекает. Она ведь
лишнего шага
не ступит,
лишнего слова
не скажет. Хитрая!
Вот все, что я имел
сказать о Заболотье. Если написанная картина вышла суха и недостаточно образна — прошу извинить. Мне кажется, впрочем, что все-таки она
не будет
лишнею для возможно полной характеристики «пошехонской старины».
— Стало быть, и ты будешь права? Тебе госпожа
скажет:
не болтай
лишнего, долгоязычная! а ты ей в ответ: что хотите, сударыня, делайте, хоть шкуру с меня спустите, я все с благодарностью приму, а молчать
не буду!
— Пойдем ко мне, Тамарочка, —
сказала она. — Конечно, ты
не будешь болтать
лишнее?
— Артель лишку
не берет, —
сказал дядя Онуфрий, отстраняя руку Патапа Максимыча. — Что следовало — взято,
лишнего не надо… Счастливо оставаться, ваше степенство!.. Путь вам чистый, дорога скатертью!.. Да вот еще что я
скажу тебе, господин купец; послушай ты меня, старика: пока лесами едешь,
не говори ты черного слова. В степи как хочешь, а в лесу
не поминай его… До беды недалече… Даром, что зима теперь, даром, что темная сила спит теперь под землей… На это
не надейся!.. Хитер ведь он!..
— Да что ж ты полагаешь? — сгорая любопытством, спрашивала Таифа. —
Скажи, Пантелеюшка… Сколько лет меня знаешь?.. Без пути
лишних слов болтать
не охотница, всякая тайна у меня в груди, как огонь в кремне, скрыта. Опять же и сама я Патапа Максимыча, как родного, люблю, а уж дочек его, так и
сказать не умею, как люблю, ровно бы мои дети были.
Не считаю
лишним сказать здесь с полной искренностью, что в те годы, когда я неожиданно стал землевладельцем и, должен был сводить свои счеты с крестьянами, я
не был подготовлен в своих идеях и принципах к тому, например, чтобы подарить крестьянам полный надел, какой полагался тогда по уставным грамотам.
— Да, убили… —
сказал нехотя Дымов. — Купцы, отец с сыном, ехали образа продавать. Остановились тут недалече в постоялом дворе, что теперь Игнат Фомин держит. Старик выпил
лишнее и стал хвалиться, что у него с собой денег много. Купцы, известно, народ хвастливый,
не дай бог…
Не утерпит, чтоб
не показать себя перед нашим братом в лучшем виде. А в ту пору на постоялом дворе косари ночевали. Ну, услыхали это они, как купец хвастает, и взяли себе во внимание.
Я назначал сенегу и приглядывался, — и ни в одном случае
не мог с уверенностью
сказать, что моя сенега действительно удалила из легких больного хоть одну
лишнюю каплю мокроты…